Глава 8. Забытая столица.

Марк Максимильяно спокойно сидел на скамейке, пил сок через трубочку и наблюдал за въездом в здание архива провинции. Страшиться командору было некого, в лицо его не знал никто из стражей порядка. Те, что знали, были уже мертвы. Правда, такую анонимность молодой человек планировал сохранять еще совсем недолго.

Ждать пришлось около часа. Очевидно, их гости заплутали в незнакомом городе. Наконец, у здания архива припарковалась полицейская машина. С мигалками, вся в раскраске. Максимильяно усмехнулся: ну нет бы гражданский транспорт выделить. Ездят как на лошади с колокольчиком. Ладно, ему же проще.

Из машины вылезли Ирвин, Астра и Фейн. Командор сразу узнал их: здоровяк и коротышка, как в сказке. Фейна он, конечно, знал в лицо. Значит, не плутали, просто задержались.

Максимильяно быстро вставил в ухо крошечный динамик и направил на троицу маленькую продолговатую трубку. Прицельный микрофон улавливал звуки на расстоянии до полукилометра.

Ирвин и Астра какое-то время стояли молча и глазели на архив. Командор сразу не понял, почему так происходит, затем вспомнил, что это здание считается одним из самых старых и красивых в городе. Лично ему Миртран уже давно примелькался, и это если не вспоминать, что Масимильяно ненавидел новый центр провинции.

Вообще, посмотреть было на что. До архива тут располагалась мэрия. Огромный каменный прямоугольник, облицованный красным кирпичом с двумя башенками по фасаду. В первоначальном виде у здания были гигантские витражные окна, однако из-за мягкого грунта часть конструкции стала проседать под землю и витражи заложили для укрепления. Чтобы не получалось эффекта глухой стены, реставраторы нарисовали окна там, где они были раньше. Именно эти несуразные рисунки и привлекли внимания Астры с Ирвином. Впрочем, у себя на родине они вряд ли видели что-то красивее заводских труб.

Максимильяно легонько коснулся динамика в ухе и услышал их разговор:

— …пость какая-то. Зачем рисовать-то? – это Астра, голос высокий.

— Здание стало проседать и разваливаться, огромные витражные окна прочности конструкции не добавляли. Пришлось пожертвовать, – это, соответственно, Фейн.

Он открыл дверь и попытался пропустить Астру вперед. Но девушка все еще стояла, задрав голову, и глазела на нарисованные витражи. Шон пожал плечами и вошел первым. Не меняя положения, девушка одними губами сказала Ирвину:

— Постой минутку. В машине и гостинице наверняка жучок. Знаешь, не то, чтобы я что-то скрываю. Но все-таки хотела переброситься парой слов без чужих ушей. Что ты обо всем этом думаешь?

— Весьма экстравагантная у них полиция. Я знал, кто такой Фейн, пробежал по документации перед вылетом кто тут кто.

— И мне не сказал?

— Мне было интересно, как долго он намерен скрывать свое звание. Но ты не переживай, меня одурачили похлеще.

Астра звонко захихикала:

— Да уж, Наташа у них, видимо, вообще кадр. Я так поняла - это она приставала к тебе в ресторане?

— Правильно ты все поняла, - с такого расстояния Максимильяно не видел выражение лиц, но голос Ирвина выглядел сконфуженным.

— И все-таки, по делу. Что думаешь насчет всей этой истории?

— Я бы ознакомился с биографией каждого из убитых как можно подробнее. Поговорил с коллегами. Мне тоже приходила в голову твоя версия, что это все масштабное прикрытие, а нужен был кто-то один.

— Давай попробуем и так. А еще я бы хотела почитать о событиях, которые тут случились пятнадцать лет назад. Может ноги растут оттуда.

Ирвин потянулся и шумно вздохнул:

— Ладно, вперед. Кстати, Астра, ты была права насчет жучков и слежки. Не удастся нам тут поговорить один на один.

— Почему? – удивилась девушка.

— А вон видишь худой, длинный, на скамейке сидит, слушает нас дальнобойным микрофоном. Я его сразу приметил.

Командор аж подскочил. Это ведь Ирвин про него! Но как… Интерфер даже не смотрел в его сторону???

— Кто бы сомневался, что нам наблюдения навешали, - хмыкнула Астра, - ну пусть слушают, нам скрывать нечего.

После этих слова оба наконец поднялись по ступеням архива и скрылись в дверях.

Сердце у Максимильяно бешено колотилось. Как легко его вычислили! Хорошо хоть приняли за полицейского. А эти двое не промах! Надо срочно спрятаться, а то еще проболтаются Фейну.

***

…Марк Максимильяно родился на окраине Стелфаста. Свое детство он помнил смутно, лет до десяти лишь некие обрывочные кадры. Так бывает. У кого-то события младенчества в памяти откладываются, а для кого-то первый десяток проходит почти бесследно.

Зато свои одиннадцать Марк запомнил хорошо. Бунт. У самых границ. Они думали, что Юнайский погранпост защищает их надежно, а в колонии Аваст царит порядок. Но они заблуждались. Полуостров Аваст вспыхнул как спичка. Он уже не помнил, что послужило причиной. Просто помнил колонны армии, которые шли в сторону реки Юнай. Помнил комендантский час в Стелфасте. И первый взрыв. Кто-то оставил детский ранец на скамейке в торговом центре. От взрыва рухнули своды, и посыпался третий этаж. Хорошо, что полиция буквально за считанные минуты до этого успела всех эвакуировать. Но разрушенное здание посеяло панику. К ним пришла война. К ним. В Метрополию.

Это всегда казалось чем-то невозможным. Войны идут в колониях, эти дикари сражаются с армией за право самим ворочать своими ресурсами. И еще ни разу не победили. Где-то бунты подавляются быстро, где-то войны затягиваются. Есть колонии лояльные, там, говорят, даже безопасно. Есть такие, куда лучше не соваться. Но все это всегда четко было ЗА границей Метрополии. А тут… у них.

Ввели армию на Аваст. За два дня подавили сопротивление, вернули колонию под контроль. Назначили временную администрацию, обновили полицию. Как обычно. Не помогло. Взрывы продолжались. Почти без жертв, но Стелфаст стал напоминать крепость, а не центр провинции. Везде военные патрули, комендантский час. И нет-нет, да наткнешься на очередное разрушенное здание.

На полуострове было еще хуже. Никто не собирался сопротивляться армии в открытую. Вели партизанскую войну, устраивали подрывы военных колонн, обстреливали казармы из гранатометов, убивали одиночные патрули. Какое-то безумие. Спецоперация явно затягивалась, прошел первый год, а все продолжалось. Армия разводила руками – они не видели противника. Реформированная полиция так же не могла сделать хоть что-то вменяемое. Даже Комитет Метрополии терялся.

И тогда Континент решился на ту реформу. Территориальная оптимизация, как ее назвали. Максимильяно не особо винил правительство за нее, хотя она вызывала обиду всего коренного населения провинции Холмовые Стражи. Но выбора не было, нужны были радикальные меры. Колонию и провинцию объединили, центр перенесли в Миртран. Задумка была в том, чтобы разбавить жителей Аваста настоящими метрополианцами и тем самым лишить террористов поддержки. Казалось, идея совершенно дикая и бессмысленная. Но она удалась блестяще. Подпольная война тут же пошла на спад. Региональная полиция удивительно быстро выловила организаторов движения, они были расстреляны. Бурлящий Аваст успокоился и вот уже 15 лет в Холомовых Стражах мир и покой.

Марк Максимильяно считал, что пришло время вернуть столицу на место.

Яндекс.Метрика